«А вот эту машину я построил лично для себя, в единственном экземпляре, — не без гордости произносит Рольф Хартге, распахивая дверь обычного с виду купе Mercedes CLK. — Нет, мы, конечно, можем повторить ее. Но, честно говоря, сомневаюсь, что найдется много желающих». Что ж, сомнения 49-летнего основателя фирмы Carlsson оправданны. Нужно очень любить автоспорт и автомобили с трехлучевой звездой, чтобы ездить на Мерседесе с шестилитровым форсированным двигателем, гоночной подвеской на цельнометаллических шарнирах, спортивными креслами с шеститочечными ремнями и хромированным каркасом безопасности!

Официально история фирмы Carlsson, которая наряду с AMG, Brabus и Lorinser входит в «большую четверку» тюнинговых ателье, специализирующихся на марке Mercedes, началась сравнительно недавно, в 1989 году. Но начало нынешнему успешному бизнесу было положено гораздо раньше, в 70-х годах, когда в гаражах и спортивных командах еще только зарождалось то, что сегодня называется немецкой индустрией тюнинга.
В те времена братья Рольф и Герберт Хартге, сыновья преуспевающего промышленника, на пару владели дилерской конторой BMW и с успехом принимали участие в гонках на автомобилях этой марки. «Все началось с того, — говорит Рольф, — что к нам приходили знакомые и просили доработать их машины: моторы, подвески, трансмиссию. Мы делали это, основываясь на своем гоночном опыте, а вскоре стали продавать наиболее популярные детали под собственной маркой». С тех пор и по сей день фирма Hartge, принадлежащая старшему брату, 52-летнему Герберту, остается одной из ведущих тюнинговых компаний, работающих с автомобилями BMW.
Третий из братьев Хартге, младший Андреас, тем временем делал собственную карьеру в компании Mercedes-Benz. «Мы уже давно хотели расширить свой бизнес, — вспоминает Рольф. — И когда в начале 80-х появился Mercedes 190, модель достаточно массовая и в то же время с неплохим спортивным потенциалом, решили, что самое время попробовать». Так Рольф и Андреас, которому сейчас 41 год, объединились, чтобы основать новую компанию.
«Имя Hartge уже так прочно ассоциировалось с BMW, что нечего было и думать об использовании его в связи с другой, тем более конкурирующей, маркой, — говорит Андреас, на котором лежат функции коммерческого директора фирмы Carlsson. — Для новой фирмы нам требовалось другое название, желательно связанное со спортивными успехами марки Mercedes. Кстати, мы чуть было не назвали ее именем Хуана-Мануэля Фанхио. Но переговоры с пятикратным чемпионом мира не увенчались успехом, и тогда мы обратились к нашему старому знакомому Ингвару Карлссону, который в прошлом был на Мерседесе заводским пилотом. Он не только согласился дать компании свое имя, но и по сей день является нашим главным тест-пилотом. И даже выступает за нашу команду в 24-часовых гонках!»
Первым самостоятельным проектом фирмы Carlsson был Mercedes 190 с форсированным двигателем, рабочий объем которого увеличили с 2 до 2,4 л. Затем последовали другие разработки, вершиной которых стала имплантация в маленький седан пятилитрового двигателя V8! Дальше последовала работа с появившимся тогда новым кузовом W124, а затем и с новым С-классом. Сегодня Carlsson предлагает отдельную тюнинговую программу для каждой модели Mercedes, исключая только одну — внедорожник G-класса. Впрочем, возможно, приход фирмы на российский рынок заставит братьев Хартге восполнить этот пробел.
Дорога, идущая вдоль реки Саар, приводит нас в Мерциг — небольшой городок на самом западе Германии, неподалеку от Люксембурга и границы с Францией. Расположение, как говорится в учебниках, географически выгодное: отсюда одинаково близко и до Франкфурта с его крупнейшим международным аэропортом, и до Штутгарта, где находится штаб-квартира корпорации DaimlerChrysler.
Картина, которая открывается взгляду при въезде в чугунные ворота с надписью Carlsson, меньше всего похожа на резиденцию тюнинговой фирмы. Ожидаешь увидеть заводскую территорию с аккуратными производственными корпусами, но вместо этого попадаешь в ухоженный парк: вековые деревья, тщательно подстриженные газоны, а в глубине несколько зданий, больше всего напоминающих старинную усадьбу. Фирма переехала сюда в 1994 году, купив поместье Гут Вайзехофф, принадлежавшее некогда германскому аристократу Константину Фон Бризену и заброшенное чуть ли не с начала века. В коридорах любовно отреставрированного административного здания висят фотографии старой фермы в том виде, в каком она досталась ее нынешним хозяевам: провалившиеся крыши, деревья, проросшие прямо сквозь лестничные пролеты, все заросло бурьяном...
«Не скрою, нас очень привлекала возможность жить в двух шагах от своей фирмы», — делится Рольф за обедом. Стол накрыт в гостиной старинного дома, стоящего на другом конце парка. Здесь живут оба брата, и здесь же они селят своих гостей. В правом крыле просторного особняка для этого специально отведено несколько комнат.
После обеда — экскурсия по фирме. В бывших конюшнях на подъемниках висят Мерседесы разных моделей — им здесь добавляют лошадиных сил и «подковывают» 19-, а то и 20-дюймовыми колесами. Следующее помещение — святая святых: цех сборки двигателей. Вокруг царит чистота, на верстаках ровными рядами разложены шатуны и поршни (где по 8, а где и по 12 в ряд), за шумоизолирующим стеклом работает новейший моторный стенд Superflow. Каждый собранный здесь двигатель, прежде чем попасть к клиенту, проходит обязательный 1000-километровый цикл обкатки.
Выходим во внутренний двор, где рядом с двумя новыми Ситроенами С5 (интересно, что они здесь делают?) стоит купе Mercedes SL теперь уже предыдущего поколения. В ответ на мой вопрос Рольф Хартге, который отвечает за техническую политику фирмы, заметно оживляясь, рассказывает, что это один из их самых серьезных проектов. Клиент пожелал иметь Mercedes SL c 600-сильным двигателем объемом 7,4 л и непременно с механической коробкой передач. В Штутгарте, как известно, «механику» для своих мощных моделей не предусматривают. А под такой крутящий момент, какой развивает этот монстр, вообще очень трудно подобрать подходящую трансмиссию! «Нам это удалось, опять-таки с использованием гоночных комплектующих, — говорит Рольф. — Правда, одна только коробка обошлась клиенту почти в 50 тысяч марок. Но он был доволен, и это самое главное. А потом пригнал автомобиль на плановое обслуживание и вот уже месяц не удосуживается забрать. Надо бы ему позвонить. У него столько машин, что, я подозреваю, он просто мог про нее забыть!»
Следующее помещение — бокс спортивной команды и модельная мастерская. Судя по запасам технического пластилина, здесь создают образцы, по которым потом изготавливаются детали внешнего оперения. Рядом с родстером Mercedes SLK, победившим в двухлитровом классе на гонке 24 часа Нюрбургринга, стоит машина, закрытая чехлом. Улучив момент, когда меня никто не видит, я приподнимаю тяжелую ткань и вижу... Cнова Citroen C5, да еще и с вылепленной по нижней кромке кузова аэродинамической юбкой. Интересно...
На вопрос о том, что делают в их боксах французские машины, братья Хартге, чуть помявшись, все же ответили. Оказывается, Citroen заказал фирме Carlsson как стороннему подрядчику разработку «горячей версии» C5, которая дебютирует на автосалоне во Франкфурте, а производиться будет, скорее всего, в Мерциге. «Но до Франкфурта об этом никто не должен знать!»
Закончилась экскурсия на складе. Постойте, а где же станки, оборудование? Где, собственно, производство? Андреас Хартге даже улыбнулся: «Частый вопрос. Мы не занимаемся производством — мы занимаемся тюнингом. Ни одна тюнинговая фирма в Германии ничего не производит сама. Все необходимые детали и комплектующие по нашим заказам делают сторонние фирмы». Двигаясь вдоль полок с комплектующими, он перечисляет: «Мы используем амортизаторы Bilstein, пружины Eibach, колеса по нашим чертежам производят OZ и Ronal, глушители — Sebring, тормозные механизмы — Lucas, механические нагнетатели — японская фирма Ogura. Для нас делают шатуны и поршни, выклеивают и красят пластиковые детали... Даже кресла и рули для отделки кожей и деревом мы отвозим в специализированное ателье. Качество гарантировано — партнеров-поставщиков мы отбираем очень тщательно. А делать все самостоятельно нам с нашим штатом в 40 человек просто нерационально...»
Как считают братья Хартге, главное преимущество их компании заключается именно в небольших размерах и высокой мобильности. «Мы можем оперативно реагировать на любые запросы клиента. Более крупным ателье — таким, как Brabus, — сделать это зачастую сложнее. А такой гигант, как AMG, к тому же полностью принадлежит концерну DaimlerChrysler — это уже настоящее производство со своими законами. До смешного доходит. Знаете, почему AMG не устанавливает на свои машины колеса больших диаметров? Потому что согласно фирменной инструкции все автомобили Mercedes-Benz должны оставлять возможность использования цепей противоскольжения!»
Несмотря на готовность во всем идти навстречу клиенту, Carlsson имеет стандартную программу тюнинга для каждой модели. Причем все операции здесь строго поделены на несколько уровней сложности. Первый, самый простой — установка колес и глушителей, которую может выполнить каждый из более чем 70 дилеров немецкой компании по всему миру. Следующий уровень — чип-тюнинг, установка распределительных валов, деталей подвески и тормозной системы, а также аэродинамических комплектов, требующих окраски в цвет кузова. Эти операции доверяют только самым квалифицированным партнерам, как правило, имеющим в качестве базы фирменный сервис Mercedes-Benz. Именно такого партнера искала фирма Carlsson в России — и нашла в лице официального дилера Mercedes, компании ЛогоВАЗ-Беляево. И наконец, высший уровень сложности — тюнинг двигателей с изменением рабочего объема. До сих пор такие работы проводились только в Мерциге. Но сейчас идут переговоры о том, чтобы доверить российскому дилеру и эти операции.
После экскурсии был запланирован тест-драйв. Можно было опробовать на ходу практически весь модельный ряд — от сравнительно дешевого двухлитрового С-класса с форсированным до 240 сил мотором и до шестилитровых 400-сильных S-класса и купе CL. Апофеозом стала потрясающая в прямом и переносном смысле поездка на личном суперкупе Рольфа Хартге. Промчать на невероятно жестком гоночном Мерседесе по автобану и узким дорожкам окрестных деревень — это, скажу я вам, воспоминание на всю жизнь! Но все же ездовая часть этого дня запомнилась меньше. Да, каждая из доработанных машин стала острее, спортивнее и наверняка быстрее. Насколько? Это мы будем выяснять уже на Дмитровском полигоне — вооружившись профессиональной аппаратурой и располагая для сравнения стандартными машинами. А без этого какой тест...
Так что пока коллеги, распугивая местных водителей, носились сумасшедшей колонной по окрестностям Мерцига, я, увильнув от очередного заезда, присел на изящную кованую скамейку в тени векового дуба. Сидел, наслаждался тишиной, мягкими лучами заходящего солнца, глядел на выстроившиеся перед каменным крыльцом стремительные автомобили, на уходящих домой служащих (16:30, конец рабочего дня) и поддавался скромному обаянию немецкого тюнинга.