Все меньше легенд остается в Формуле-1. Уже не выскакивают гонщики на подъем сумасшедшего, не прощающего ошибок поворота Красная Вода — бельгийская трасса Спа из календаря вычеркнута. Уже не мчатся машины, как по аллее, между двух лесных опушек Хоккенхайма. При перестройке немецкой трассы длинная и скоростная «парковая» часть уничтожена — засажена деревьями, дабы ублажить местных «зеленых»...

Но есть в чемпионате легендарный этап, который не будет вычеркнут из календаря никогда, — Гран При Монако. Гонка по улицам Монте-Карло намного старше самой Формулы-1. Берни Экклстоун так и сказал во время последнего гоночного уик-энда: «Чемпионат без Монако? Это просто невозможно!» Можно не бояться и того, что трасса-реликвия подвергнется масштабной перестройке. Ведь вокруг проложенного еще в 20-е годы маршрута следования гонщиков — дома! Разве что отдельные повороты могут чуть переделать...

Стало быть, формулистам многих грядущих поколений все так же предстоит с минимальными потерями проскакивать мимо казино, притормаживать в повороте Mirabeau, до предела снижать скорость в коварной «шпильке» Lowes... Потом на полную катушку жать в туннеле, выезжать на набережную, огибать бассейн... В общем, следовать дорогой Манфреда фон Браухича и Тацио Нуволари, Хуана-Мануэля Фанхио и Нино Фарины, Грэма Хилла и Джекки Стюарта, Айртона Сенны и Алена Проста, Михаэля Шумахера и...

На этом остановимся. Отчасти потому, что непонятно, кого же поставить в пару пятикратному чемпиону. Отчасти оттого, что легендарный Гран При — одновременно еще и обычный, рядовой этап чемпионата мира. Очков за него дают гонщикам столько же, сколько за любой другой, без всяких бонусов за легендарность. Поэтому пилоты приезжают в Монако не для того, чтобы прикоснуться к священным камням и проникнуться благоговением перед великими предшественниками. У них заботы прозаичнее. Настроить машину на тренировках, выложиться в единственном круге в квалификации и не сделать ошибок в гонке. Да-да, Монако требует не подвигов, а внимательности. Здесь любая оплошность чревата сходом, ведь вместо обочины тут — жесткие брусья отбойников.

Михаэль Шумахер уже стал легендой Монако — он побеждал здесь пять раз. Но живой легенде так же непросто выступать на улочках столицы княжества, как и всем остальным. Даже сложнее — из-за психологического прессинга. Во-первых, лидер Ferrari должен подтвердить свою репутацию «короля Монако». Во-вторых, достать-таки в чемпионате Кими Райкконена...

Впрочем, это рассуждение — из разряда болельщицких. Задумаемся о том, как бы сам Михаэль расставил свои приоритеты на гонку. Если действительно задумаемся, то есть не позволим эмоциям одерживать верх над разумом (а сам чемпион, безусловно, давно научился это делать), то придем к интересным выводам. Подтверждать что-либо Михаэлю совершенно необязательно — он и так больше других действующих пилотов побеждал в Монако и еще одна победа мало что добавит к его репутации. А вот достать Райкконена, пожалуй, важно, но с некоторыми оговорками. Это лишь беспокойные фаны Ferrari переживают, как трагедию, всякий день, когда в чемпионате лидирует не красная машина. Опытный Михаэль давно понял одну простую истину (и мудрый Жан Тодт наверняка его в этом поддерживает) — неважно, как складывается чемпионат, важно, как он закончится. Свой первый титул Шумахер выиграл на самом финише первенства мира с помощью неспортивного приема. Второй — задолго до финиша, уверенно, что называется, «за явным преимуществом». Но в статистической таблице его фамилия рядом с цифрами 1994 и 1995 выглядит совершенно одинаково...

Так что перед Шумахером стоит, конечно, задача догнать Райкконена и даже обогнать его. Но это задача стратегическая, а никак не тактическая. Никто в Ferrari не требует от Михаэля сей секунд окоротить настырного финна и показать ему, кто на трассе хозяин. Если получается — Шумахер с удовольствием побеждает в гонке и набирает 10 очков. Если не получается...

Этот Гран При был как раз из разряда тех, где у Шумми «не получалось», — впрочем, как и у его партнера Рубенса Баррикелло. Возможно, как мы и предполагали в прошлом номере Авторевю, Ferrari F2003-GA все-таки не очень подходит для узких улочек Монте-Карло. А сам Михаэль считает, что дело в шинах Bridgestone, которые не могут найти общего языка с асфальтом города-государства.

В общем, дело у гонщиков Ferrari не пошло уже в квалификации. В кои-то веки пятикратному чемпиону даже не пришлось поприсутствовать на пресс-конференции трех лучших пилотов! Председательствовал на ней его брат Ральф, а второе и третье места заняли Кими Райкконен и Хуан-Пабло Монтойя.

Как потом выяснилось, гонщики Ferrari проходили квалификацию с довольно большим запасом топлива на борту. Таким образом руководство Скудерии хотело оставить на руках козыри для возможной тактической игры, одним из основых приемов которой является затягивание пит-стопа.

А вот Williams в случае с Ральфом Шумахером все козыри выложил уже в субботу. Ральф явно думал о том, что обгонять в Монако не просто сложно — практически невозможно. Победив в квалификации с почти пустыми баками, он занял поул-позицию. Стало быть, по крайней мере до первого пит-стопа он будет лидером и, возможно, даже сумеет (поскольку машина легкая) создать некоторый отрыв от конкурентов. А потом — как сложится!

Не сложилось у Ральфа… Вообще-то, ход гонки заставил мысленно снять отсутствующую в момент просмотра телетрансляции шляпу в знак уважения к Патрику Хеду. Фактический руководитель команды Williams все рассчитал просто-таки ювелирно! Если бы гонка шла своим чередом, у Шумахера-младшего бензин подошел бы к концу ровно тогда, когда он уперся бы в первых «круговых». В Монако не только конкурентов обогнать трудно — но и отстающего на круг порой не обойдешь, даже если он старательно уступает дорогу. А ведь не все еще в этом случае спешат проявить старательность! Стало быть, первые круговые — сигнал к первому визиту в боксы.

Одного не мог предвидеть Патрик Хед — аварии пилота, которого в 1997 году он пригласил в свою команду, а в 1998 году уволил. Хайнц-Харальд Френтцен, после долгих странствий вернувшийся в Sauber, никак не может поймать свою удачу. Вот и в Монако, не проехав и круга, он уже разбил машину. На трассу выпустили пейс-кар. Гонщики чинно ехали за ним пять кругов, и в написанный Хедом сценарий жизнь внесла свои изменения. Эти пять кругов оказались для Ральфа роковыми — топливо он расходовал (пусть и не так интенсивно), а возможности оторваться от преследователей не имел. После рестарта младший Шумахер, конечно, попытался это сделать — но было уже поздно. К тому же товарищ по команде не позволил немцу уйти далеко и даже попугал его парочкой бесшабашных атак — Монтойя блеснул еще на старте, опередив замешкавшегося Райкконена и выйдя на вторую позицию.

А вот Михаэль Шумахер потом сожалел, что его машина была все-таки тяжеловатой. Renault Ярно Трулли пятикратному чемпиону опередить не удалось, и итальянец еще долго сдерживал Михаэля, в то время как три лидера гонки отрывались все больше и больше. И что же «король Монако»? А ничего. Как мы верно рассудили, он держал в голове стратегическую цель. Поэтому, будучи позади Трулли, чемпион мира особенно не дергался. Знал, что опередить итальянца ему поможет тактика, а уж потом он постарается набрать побольше очков. Сделать максимум возможного в невыгодной ситуации.

Монако — трасса консервативная. Тактические хитрости здесь иногда срабатывают, но слишком хитрых Монте-Карло наказывает. На этот раз в числе наказанных был Оливье Панис, попытавшийся проехать всю дистанцию только с одной дозаправкой, — и Ральф Шумахер со своим сверхранним пит-стопом уже на 21-м круге. Монтойя, дозаправившись позже партнера, вернулся в гонку впереди него — и фактически именно в этот момент был решен вопрос о победителе гонки. Чуть позже Ральф потерял шанс и на призовое место, когда после своих остановок в боксах впереди него оказались Райкконен и Михаэль Шумахер.

А дальше тактика закончилась, началась психология. Дело в том, что незадолго до финиша на машине лидера возникла опасность поломки. Умная электроника сейчас в состоянии отследить эту ситуацию и по телеметрическому каналу тут же передать инженерам в боксах. Патрик Хед потом признавался, что схватился за голову, получив эти сведения. Если бы Монтойя сошел, впору было бы говорить о каком-то проклятии, тяготеющем над командой Williams в Монако! Ведь в 1992-м, уверенно лидируя, сошел из-за неисправности Найджел Мэнселл, а в 1996 году подобная же история приключилась с Дэмоном Хиллом! Монтойя получил по радио распоряжение снизить скорость. Колумбиец подчинился, и вскоре его догнал Кими Райкконен, а потом и Михаэль Шумахер.

Коль скоро мы начали думать за гонщиков, давайте представим, что в такой ситуации сделал бы сам Монтойя. Если бы это он оказался незадолго до финиша позади лидера, у которого явно не все в порядке с техникой. Тут и думать нечего: атаковал бы, даже в Монако! Как атаковал своего партнера Ральфа Шумахера перед его первым пит-стопом. Отключив рассудочный сектор мозга. Забыв о всякой логике, тактике и стратегии.

Как атаковал Айртон Сенна Алена Проста в легендарной гонке 1985 года. Но гонку остановили из-за дождя задолго до финиша... Сенна уже тогда был великим — только еще не все это знали. Великий начинающий гонщик плакал в боксах из-за того, что не получил возможности довести до конца поединок с лидером. Поединок, который он вел в Монако под проливным дождем! Возможно, вообще отключив мозги, на одном инстинкте гощика, который у великих пилотов в крови.

То, что Михаэль Шумахер — великий, мы все уже знаем. А Райкконен? Пока неизвестно. Но хорошо известно, что у обоих преследователей Монтойи мозги всегда на месте, и разум отключается редко. Воспользуемся последней возможностью заглянуть им под шлем и под черепную коробку...

Живой компьютер Кими давно уже подсчитал, что при финише на существующих позициях он сохраняет лидерство в чемпионате. Живой компьютер Михаэль тоже подсчитал, что сохраняет четырехочковый разрыв в чемпионате — для гонки, которая у Ferrari не складывалась, результат неплохой. В итоге они так и доехали до финиша за спиной Монтойи, ничем не порадовав болельщиков. Зато выполнили свои стратегические задачи. Молодцы, ничего не скажешь, — это я говорю без иронии. Всякий, кто в Монако доехал до финиша, заслуживает восхищения, а уж призер — тем более.

Правда, если бы Райкконен атаковал... Ну, пусть даже неудачно... Если бы даже он столкнулся с упорным колумбийцем, не заработал очков, и в итоге именно этих очков не хватило бы ему, чтобы стать чемпионом... Даже если бы так... Тогда в номинации «Жизнь» финский парень, неожиданно проявивший горячность, безусловно, проиграл бы. А в категории «Легенда» — выиграл. И Гран При этот остался бы в истории не как рядовой, а как легендарный. Но мозги у Кими на месте. Возможно, он даже когда-нибудь станет чемпионом. Достойным преемником Михаэля Шумахера.

А Хуан-Пабло Монтойя, победив в Монако, заставил вспомнить о другой своей победе, на другой легендарной трассе — в Индианаполисе. Победа в Инди-500 и в Монако — это удел избранных. А чтобы еще и третью к ним добавить, в Ле-Мане, — такое удавалось вообще только одному человеку на земле, Грэму Хиллу! Учитывая то, что на легендарный 24-часовой марафон заявляются и гонщики в солидном возрасте, у Монтойи все еще впереди.

А вот Михаэля Шумахера мы вряд ли когда-нибудь увидим в Ле-Мане или Индианаполисе — он к этому не стремится. Зачем, собственно? Кастинг на легендарность он уже успешно прошел. В графе «Стать живой легендой» аттестата его жизни уже стоит плюс.

Ну и достаточно.

P.S. Перед Гран При Монако Берни Экклстоун ездил в Бельгию на переговоры с валлонскими властями. Он хочет вернуть Спа в календарь. Потому что понимает, как важны в нашей жизни легенды...

Баттон отделался куда легче, хотя внешне его авария выглядела ужасно. BAR на полной скорости потерял управление и боком врезался в металлический отбойник, которые в Монако, как известно, находятся в опасной близости от траектории движения по трассе. Как потом утверждал пилот, никакой ошибки он не совершал и речь, возможно, идет о поломке подвески или о проколотой шине.

Почти десять минут понадобилось для того, чтобы извлечь Дженсона из разбитой машины. Врачебный осмотр показал, что переломов и иных серьезных травм британцу удалось избежать и все ограничилось шоком и контузией. Запретив ему выезд на квалификацию, доктора не исключали возможности участия Баттона в гонке (ему пришлось бы стартовать с последней позиции). Может быть, из-за этих «оптимистичных» прогнозов команда и не стала заменять Баттона. К тому же ее запасной пилот Такума Сато находился в Великобритании. Кстати, непонятно, почему — именно из-за возможной необходимости замены кого-то из основных гонщиков запасной обязан во время Гран При дежурить на автодроме.

После консультаций с главным врачом Формулы-1 Сидом Уоткинсом было все-таки решено Баттона на гонку не выставлять. Дело в том, что никто не мог исключить вероятности еще одной аварии, а второе сотрясение за столь короткий период может обернуться негативными последствиями для мозга. В своем комментарии руководитель BAR Дэвид Ричардс отметил, что решение выступать в Монако одной машиной было продиктовано заботой о здоровье и о дальнейшей карьере Дженсона. Ричардс также заявил, что не сомневается — уже к Гран При Канады Баттон полностью восстановится и в Монреале будет в отличной форме.

Как оказалось, смена цвета была не свидетельством внезапной острой болезни штатного дизайнера команды, а специальной промо-акцией. В Монако, городе знаменитостей и миллионеров, была проведена презентация необычного розового бриллианта Steinmetz Pink весом почти в 60 карат. Проводившая ее ювелирная фирма Steinmetz приурочила событие к Гран При и заручилась поддержкой Ягуара. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что единственный видный на профиле розовой кошки глаз сияет бриллиантовым блеском...

Конечно, любой антихудожественный кич рано или поздно может стать привычным (как это случилось, например, с желто-голубой окраской Renault). Однако историческая трасса Гран При Монако словно отплатила Ягуару за оскорбление эстетических чувств здешней публики. На пятнадцатом круге гонки Марк Уэббер заехал на досрочный пит-стоп, но вскоре вернулся в боксы — вышел из строя мотор. Чуть раньше Гран При Монако завершился и для его партнера Антонио Пиццоньи — на машине бразильца отказала электросистема...

Хозяин команды Minardi Пол Стоддарт снова недоволен порядками, царящими в Формуле-1. Если всерьез воспринимать то, что он говорит, получается, что руководители ведущих команд только и думают о том, как бы изгнать Minardi из чемпионата. В заговор, о котором говорит Стоддарт, не очень верится. Сложно представить себе тайно собравшихся Рона Денниса, Фрэнка Уильямса, Жана Тодта и Флавио Бриаторе, которые обсуждают коварные планы совместной расправы с Minardi... Скорее всего, до карликовой итальянской команды никому из грандов Формулы-1 просто нет дела. Но и пополнять ее бюджет из своего кармана никто не спешит.

Стоддарт постоянно напоминает о фонде поддержки слабых команд, который был создан по инициативе Берни Экклстоуна, но, по существу, так и не начал функционировать. Фонд должен был складываться из «добровольных» взносов больших команд — а с этим как раз проблема. На словах все признают, что чемпионат многое потеряет, если команд (и машин на старте) будет меньше. Но этим признанием все и ограничивается.

Положение Minardi осложнилось еще и тем, что Газпром, который помог команде завершить прошлый сезон и анонсировал программу долговременного сотрудничества, так и не заключил с Minardi окончательный договор. Рекламные наклейки российской компании с машин Ферстаппена и Уилсона исчезли. А в Монако болиды сменили раскраску и из черных стали черно-белыми. На белых воздухозаборниках теперь ярко выделяется надпись Trust. Соглашение с нидерландской компанией (которая, в качестве личного спонсора Йоса Ферстаппена, ранее тоже приносила в бюджет команды определенные деньги) должно помочь Minardi дотянуть до конца нынешнего сезона. Что будет дальше, не знает никто. Стоддарт уже говорил о том, что ради сокращения расходов готов отказаться от разработки собственного шасси и покупать его на стороне, благо, нынешние правила это, в принципе, допускают.

О подобном результате технических изысканий можно было догадаться уже во время первых гонок сезона, когда гонщики и официальные лица французской команды начали постоянно жаловаться на двигатель. Все стало окончательно ясно, когда был уволен Жан-Жак Ис — человек, который задумал и проводил эксперимент с необычными моторами. Что ж, в науке отрицательный результат — это тоже результат, а вот в практических областях за него кому-то приходится отвечать.

По словам Флавио Бриаторе, основное требование, которому сейчас должен отвечать мотор, — надежность. Цель моторостроителей состоит в разработке движка, который будет способен прослужить без замены весь гоночный уик-энд. Уже сейчас замена мотора в период между квалификацией и гонкой влечет за собой перестановку гонщика на последнюю стартовую позицию. В дальнейшем правила будут еще более ужесточены, и тот же мотор необходимо будет использовать и в тренировках.

По мнению Бриаторе, возврат к обычной конфигурации будет способствовать надежности, а повышения центра тяжести машины можно будет каким-то образом избежать. Каким именно — будут думать конструкторы. Руководить ими вместо Иса назначен вернувшийся в Renault Бернар Дюдо, с именем которого связаны многие прошлые успехи команды. Впрочем, как и с именем уволенного Иса...

Между тем Жан-Жаку Ису не придется заполнять анкету в агентстве по трудоустройству. Как стало известно, Ferrari Maserati Group предлагает ему работу, связанную с проектированием моторов для автомобилей категории Гран Туризмо.

Полосу подготовил Сергей ИВАНОВ