В середине ХVII века испанский драматург Агустин Морето-и-Каванья написал пьесу под названием «За презрение — презрение». Какое это имеет отношение к автомобилям?

Автомобили, как известно, делаются людьми и для людей, и главная проблема нашего автопрома — даже не многолетнее отставание от Запада, а отношение одних людей к другим.

Некоторое время тому назад я приобрел новый автомобиль ВАЗ. Помимо иных дефектов на машине стоял бывший в употреблении термостат. Рабочий на конвейере просто установил старую деталь, а новую забрал себе. Почему он это сделал? По единственной причине — он считал это вполне приемлемым.

Дело не в цене автомобиля, а в глубокой убежденности работников автопрома в том, что потребитель — недочеловек, и все в порядке, раз «народ хавает». Наивен тот, кто полагает, будто что-то изменится, если за изделия наших автозаводов заплатить цену Фокуса. Проглотят денежки и спасибо не скажут. На качестве автомобилей это не отразится.

Однажды мой знакомый приобрел Волгу в эксклюзивном исполнении — за 42 тысячи долларов. Как вы думаете, из нее текло масло? Вопрос риторический. А гидроусилитель руля «отходил» пятьсот километров. Сорок две тысячи долларов, однако...

Все мы понимаем, что нашей промышленности не хватает инвестиций, новых технологий, научных разработок, талантливого менеджмента и так далее. Но одно дело, когда нам предлагают устаревшую по конструкции машину, оттого что другой пока не может быть, и другое — когда нам нахально плюют в лицо.

В Испании за презрение платят презрением, в России есть поговорка «как аукнется, так и откликнется».

Данила Стульнев, Москва

Верить в чудо?

Недавно увидел страшную аварию: ВАЗ-21099 принял «в лоб» седан Audi 100, выехавший на встречную полосу. От увиденного я несколько минут не мог унять дрожь в ногах: «девяносто девятая» превратилась в груду искореженного металла, а салон Ауди практически не изменил своей геометрии, и на руле белело пятно подушки безопасности. Вечером в новостях сказали, что водителя «сотки» спасла надувная подушка, а девушку-водителя «девяносто девятой» — чудо.

Никто из нас, независимо от возраста и опыта вождения, не застрахован от аварии. Но когда, не дай бог, придет моя очередь испытать на себе последствия лишней рюмки, которую выпил встречный водитель, очередной взятки инструктору автошколы или инспектору ГИБДД, я хочу быть уверенным в своей машине, в том, что она сделает все возможное, чтобы вечером я приехал домой живым.

Я решил продать свою «девятку» и купить хоть подержанную, но иномарку. Не хочется временно поддерживать отечественного производителя — я хочу долго и счастливо поддерживать свою семью. Тем более что чудес на всех не хватает. В той «девяносто девятой» была еще одна девушка, сидевшая рядом с подругой, — она скончалась на месте.

Тарабан, Брянск

Лом берем!

У нас очень любят говорить об огромном количестве иностранной авторухляди, которая попала в страну за последнее время, — это сотни тысяч машин. В то же время миллионы единиц отечественной авторухляди, по нескольку раз сменив владельцев, по-прежнему колесят по нашим дорогам. Почему весь этот металлолом не отправился на свалку, не попал в переработку для изготовления новых автомобилей?

Только недавно, попав в действительно аховые условия, заводы вместе с дилерами начали практиковать схему кредитования покупателей, принимая в счет оплаты подержанные машины. А между прочим, нашему автопрому вполне под силу избавить Россию от автохлама, а заодно опустошить свои затоваренные склады — стоит только предложить покупателю поменять старый автомобиль на новый на выгодных условиях. Где взять средства? Убедить менеджмент прекратить транжирить деньги на Лексусы, самолеты, виллы на Багамах и офисы по миллиону долларов. Если они пустят эти «кровно» заработанные денежки на кредитование потребителей, их будут на руках носить и даже простят огрехи сборки и качества.

Александр Торчинский, Екатеринбург

Неоцененное бесценное

Это случилось лет восемь назад. Мелькнувшая сбоку тень оказалась потрепанными Жигулями, выезжавшими со второстепенной дороги. Удар пришелся в левое заднее крыло нашей «восьмерки», от чего нас занесло, ударило сначала о придорожный бордюр, затем о фонарный столб и перевернуло. С тех пор к традиционным праздничным тостам прибавился еще один — «За ремни!». За те простые ремни безопасности, которыми мы были пристегнуты и которые, безусловно, спасли нам жизнь.

Я всегда езжу пристегнутым, а если случайно забываю пристегнуться, то вспомнить о ремнях меня заставляет чувство полного дискомфорта. Но достаточно постоять минут десять на обочине и посмотреть на проезжающие машины, чтобы понять — не пристегнут практически никто.

Что это? Самоуверенность? Наплевательское отношение к своей жизни? Или простая глупость?

В 2002 году в России в результате ДТП погибло более 33 тыс. человек. Это при том, что парк автомобилей составляет около 25 млн. Для сравнения: в тот же год в Германии эксплуатация свыше 43 млн автомобилей обернулась семью тысячами погибших.

Такая разница — следствие не только законодательных мер по ужесточению требований к пассивной безопасности. В отличие от той же Германии, у нас отсутствует всяческая пропаганда безопасности на дорогах.

Смерть — всегда смерть. И уж если об авиакатастрофах говорят годами, нельзя не замечать то, что каждый день на дорогах России погибает столько же людей.

Убежден, что пока жизнь отдельного человека в нашей стране ничего не будет стоить, поворота к лучшему не будет. Во всех смыслах.

Марат, e-mail

Электричество или гидравлика?

В АР № 13—14, 2003 в статье «Сердечная недостаточность» обнаружился интересный момент. Вы пишете про автомобиль Toyota Avensis: «При экстренном объезде препятствия рулевому управлению не хватает остроты, а насосу гидроусилителя — производительности: руль «вязнет», и быстро его не повернешь». В то же время на официальном сайте компании Toyota сказано, что на автомобили с бензиновыми двигателями рабочим объемом 1,8 л (именно такая машина принимала участие в тесте) устанавливается электрический усилитель руля. Где правда?

Дмитрий, e-mail

АР: Правда не на нашей стороне. В отличие от машин с двухлитровыми моторами, Avensis 1.8 действительно оснащается электромеханическим усилителем руля, встроенным в рулевую колонку. Но «ступенька» по усилию при быстром вращении баранки на нашем Авенсисе точно такая же, как у ряда автомобилей с гидроусилителями. Поэтому мы и оговорились в тесте — так сказать, по инерции...

Безнаказанный подзатыльник

Просматривая материал о краш-тесте Фокуса в АР № 12, 2003, я обратил внимание, что на раскадровке первого удара (кадр 4) манекен-водитель ударяется затылком о среднюю стойку. Кстати, и на фото, где фордовские специалисты рассматривают разбитый автомобиль, видно пятно синего цвета на кромке двери, оставшееся от удара.

Почему по методике EuroNCAP не учитывается такой «подзатыльник»? Не каждая голова это выдержит.

Константин, п. Уральск, Башкортостан

АР: Мы неоднократно объясняли, почему при фронтальных краш-тестах не учитываются удары затылком. Дело в том, что антропоморфные, то есть имитирующие человеческое тело, манекены Hybrid III рассчитаны только на «прямой» удар. А при отскоке кинематика движения у манекена совершенно иная, нежели у человека. В реальной жизни травмы при отскоке вызваны, как правило, несовершенством подголовников, а не ударом затылком о стойку.

Проще, больше и дешевле

Честно говоря, ни разу не встречал такого человека, кто при наличии средств отказался бы от покупки если не Ягуара, то хотя бы Фольксвагена, или, на худой конец, какой-нибудь узбекской «дэушки». Россияне, вопреки расхожим суждениям, очень хотят покупать дорогие автомобили. Но какой смысл говорить об этом, когда, например, средняя зарплата в нашем регионе — три тысячи рублей при прожиточном минимуме в две с лишним тысячи? Предел мечтаний большинства россиян, живущих на 100—200 долларов в месяц, — это покупка в кредит ижевской Оды или «шестерки».

То, что на конвейере до сих пор осталась устаревшая и небезопасная «классика», — не беда, а скорее заслуга отечественного автопрома. Только благодаря «классике» автомобиль в России из предмета роскоши начал превращаться в средство передвижения.

Беда автопрома заключается в том, что он не нужен своему государству, которое уже давно выбрало Мерседесы, Ауди и БМВ. Отсюда и вся примитивная государственная политика в области удержания на плаву (чего уж тут говорить о развитии) отечественного автомобилестроения. Введение ограничительных таможенных мер не требует умственных и финансовых затрат.

А как же мировой опыт? Как же история Генри Форда, который построил свою империю на выпуске дешевого и массового автомобиля? Почему мы забываем опыт послевоенной Европы? Ведь реанимация автопромышленности в западных странах происходила благодаря таким машинам, как Citroen 2CV и Volkswagen Beetle. Вряд ли кто-то скажет, что это были высокотехнологичные суперкары, — скорее, «гадкие утята». Но они выпускались не один десяток лет миллионными сериями и пользовались заслуженной любовью и уважением.

Почему мы стыдимся того, что в условиях российской нищеты нашему потребителю, взамен морально и физически устаревших Жигулей, нужен такой же простой и доступный автомобиль?

Впрочем, пролетая по широким московским проспектам на заднем сиденье «семерки» BMW, редкому законотворцу захочется разбираться в этих нюансах — намного приятнее осознавать, что «будущее наступило так быстро».

Григорий, Удмуртия

Догнать и добавить

Что, если машину, прошедшую краш-тест, отреставрировать и подвергнуть краш-тесту вторично? Только реставрировать не на фирменных СТОА, а в обычном «гаражном» сервисе. Не секрет, что некоторые подержанные иномарки, пригнанные из Литвы и Калининграда, не раз бывали в авариях, а после были отреставрированы и проданы. Интересно было бы узнать: насколько снижается уровень пассивной безопасности такого автомобиля? И сможет ли он заработать хоть какие-то баллы?

Может, в результате окажется, что вместо поддержанной отреставрированной иномарки с точки зрения пассивной безопасности лучше купить новый ВАЗ?

Антон, Бишкек

АР: Скорее всего, прочность у восстановленного кузова действительно будет ниже. Но, во-первых, с методологической точки зрения такой эксперимент «не чист» — все автомобили конструктивно различаются, и последствия кузовного ремонта разных машин проявят себя по-разному. Кроме того, прочность восстановленного кузова будет зависеть от технологии ремонта. Слишком много неизвестных... Так что пока мы продолжим бить новые машины — благо, не испытанных нами и экспертами EuroNCAP моделей на нашем рынке пока достаточно.