Несоветская Прибалтика
Сергей УЛЮКАЕВ, Сергей НОВИКОВ, фото Сергея Грачева
Как говорят в научных кругах, давайте, коллеги, определимся с терминологией. Несоветская Прибалтика — это страны, которые были в свое время советскими, а потом ими быть перестали. То есть о Скандинавии и других государствах с выходом к Балтийскому морю, которые никогда советскими не были (давняя история с Финляндией не в счет), мы не говорим. А говорим об Эстонии, Латвии и Литве. И попутно — о граничащих с ними с севера и юга (если смотреть на карту, то сверху и снизу) Ленинградской и Калининградской областях России, в общем-то тоже несоветских.
Цель автопутешествия — взглянуть на эти края своими глазами. Как там поживает местное население? Как и где отдыхают приезжие? Какие там дороги? У нас два дизельных седана, Volkswagen Passat и Ford Mondeo. Пристегнули ремни — и в путь.
| Этапы большого пути (по дням) | |
| Маршрут | Расстояние, км |
| Москва—Стрельна | 800 |
| Стрельна—Ломоносов—Курголово—Нарва—Нарва-Йыэсуу | 192 |
| Нарва-Йыэсуу—Тойла—Таллинн | 206 |
| Таллинн—Хаапсалу—Рохукула—Куйвасту—Курессааре | 184 |
| Курессааре—Пярну | 156 |
| Пярну—Рига | 176 |
| Рига—Юрмала—Вентспилс—Лиепая | 303 |
| Лиепая—Паланга—Клайпеда—Нида | 148 |
| Нида—Зеленоградск—Светлогорск | 122 |
| Светлогорск—Калининград—Багратионовск—Белосток | 447 |
| Белосток—Гродно—Минск—Москва | 1049 |
Москва—Петербург
Выбравшись по Ленинградскому шоссе из Московской области, мы стали пришпоривать резвые дизельные двигатели, упиваясь ощущением прямолинейного равноускоренного движения. Упивались недолго. Меткий стрелок ГИБДД жахнул по нашим машинкам дуплетом из засады: бац, бац — и мы в его мешке с трофеями.
 |
 |
 |
| Наклейка RUS в Санкт-Петербурге стоит 8 рублей, а на границе — уже 10 евро | Дороги в Ленинградской области — в воронках, как после бомбометания. Но оба автомобиля прошли полосу препятствий без потерь |
В Тверской области берут свое начало две великие реки — Волга и Западная Двина. Перемахнув через Волгу, мы, как водится в дороге, принялись разгадывать смысл исконно русских названий деревень: Выползово, Миронеги, Ярынья, Большое Опочивалово, Мясной Бор, Померанье...
Проезжаем корпуса завода «Филип Моррис — Ижора» под Петербургом. Капель никотина здесь хватит на всех лошадей мира. Здесь же подводим первые итоги: восемь часов со средней скоростью 90 км/ч и средним расходом топлива 7,5 л/100 км на два автомобиля. Спасибо Рудольфу Дизелю.
На постой размещаемся в недавно построенном отеле-профилактории «Орловский» — аккурат напротив Константиновского дворца в Стрельне.
За 3400 рублей с человека нас встретили радушно. Ресторан, бар. А вечером, наблюдая за разгрузкой из такси уставших финских гостей, мы поняли, что алкотуризм в Россию по-прежнему жив.
Ленинградская область
Солнечным утром выдвинулись вдоль балтийских берегов за Ломоносов, на место строительства южного участка Кронштадтской дамбы. И быстро убедились: местность совсем не курортная. Бетон, ржавая арматура, битое стекло… Здесь нет места для вашего шезлонга.
 |
 |
 |
| В Эстонии автотуристов из России встречает Нарвский замок. В замке — исторический музей |
Ивангородская крепость. Вид с эстонской стороны |
Закат в Нарве-Йыэсуу. К ногам с ласковым шелестом стелется едва заметная волна |
Вообще, все побережье от Ломоносова до Усть-Луги — «техническое»: железные дороги, линии электропередачи, нефтеналивные терминалы плюс атомная электростанция. Но добросовестность исследователей не позволяла нам поставить жирный крест на рекреационном потенциале Ленобласти, и мы зарулили в Кургальский заказник. А на въезде нас встречает плакат, запрещающий помимо разведения костров и рубки деревьев проводить в период с 1 апреля по 15 июля, а также с 1 сентября по 31 октября учебные стрельбы и бомбометание. Поскольку наша поездка пришлась как раз на «запретный» период, бомбометать рука не поднялась.
Под колесами, вытрясая душу, бежала дорога, вымощенная булыжником, как Красная площадь. Кому и зачем понадобилось зарывать в эти болота тысячи тонн камня и миллионы трудодней? Оказывается, мы попали на территорию стратегического объекта ВМБ-200 (не путать с БМВ), который ударными темпами возводился перед войной. А нынче диггеры исследуют залитые водой доты 36-метровой глубины. Но мы не диггеры, а потому глухомань Кургальского заказника нас глухо не заманила: поворачиваем рули в сторону приграничного Ивангорода.
Дорога вся в оспинах, морщинах и шрамах, как лицо Бабы Яги. А перед границей — заправка, где следует залить полный бак: в Эстонии и дальше топливо будет дороже.
Всем хороши дизельки, но чуть ли не после каждой заправки руки становятся грязными — захватите салфетки! Полный бак Мондео обещает нам 950 км пробега, а бортовой компьютер Пассата и того оптимистичнее — все 1150. Эдак нам хватит на всю Несоветскую Прибалтику, вплоть до Калининграда! На сдачу закупаем два талона по 30 рублей за пользование «стоянкой транзитного автотранспорта» — такая здесь дань с проезжающих.
Ивангородская крепость и Нарвский замок с государственными флагами России и Эстонии смотрят друг на друга через реку Нарва. Хоть и стенка на стенку, но все-таки лицом к лицу.
Эстония
Границу пересекли на удивление быстро. Первые встречные на той стороне — молодые пограничники с гордо поднятыми носами и напевной «чухонской» речью, которую так и хочется пародировать. Но если что-то спросишь по-русски, то по-русски и ответят. Спокойная, доброжелательная обстановка.
 |
 |
 |
| Кемпинг Тойлы. Здесь мы наконец-то почувствовали себя за границей | На тихом и пустынном берегу в районе местечка Тойла можно медитировать часами |
Интересен эстонский язык, под стать темпераменту эстонцев. Apteek, Tallinn, Saaremaa (название острова, он еще впереди) и, как апофеоз, дорожный знак STOPP. Причем произносится все это так же, как и пишется. Эстонцы медленно разгоняются на гласных и так же медленно тормозят на согласных.
Позже мы убедились, что большинство эстонцев понимают и могут объясняться по-русски. А языковой водораздел проходит на уровне двадцатилетнего возраста: с выходом страны из Союза в эстонских школах, как и в латвийских и литовских, русский уступил место западноевропейским языкам. Это не значит, что юный прибалт, узнав, что вы из России, проигнорирует вас, — просто разговор пойдет, скорее всего, по-английски.
Нарва-Йыэсуу — это небольшой поселок в 14 км от Нарвы и бесконечный пляж. Многие пансионаты и дома отдыха остались с советских времен, а затем к ним добавилось несколько отельчиков с модной приставкой «спа». В одном из них мы и остановились, заплатив за каждого 1220 крон (2704 рублей). Кстати, массаж здесь стоит 600 рублей.
 |
 |
 |
| В Пюхтинском женском монастыре сильных рук не хватает. А дел невпроворот | На таллиннских улочках милые девчушки угощают жареными орехами с корицей. Понравится — купишь | Эти дровяные стоги в Свято-Успенском Пюхтинском монастыре в местечке Куремяэ складывают сестры-монахини, для прочности прокладывая ряды дров ветками. А потом, по мере нужды, разбирают |
В поселке есть пара простеньких ресторанчиков в духе «как упоительны в России вечера». В том, где мы побывали, просьба принести карту вин привела официантку в замешательство. А дискотеки или кино — это уже в Нарве.
Вообще, северо-восток Эстонии производит впечатление карантинной зоны для визитеров из России: резких контрастов с родиной не замечено. Машины, дороги, домики, сервис — все похоже. Отдыхают здесь главным образом русские и финны. Нам же это место запомнилось необычайно красивым морским закатом. Море здесь тихое, гладкое, без единой морщинки, как одеяло на койке суворовца. Местные жители уверяют, что все остальные моря шумят, а ласково шелестит только Балтийское.
Тойла — тоже небольшой приморский поселок, всего 800 жителей, но впечатление уже другое. А все потому, что поселок утопает в старинном парке. Парк был заложен петербургским купцом Елисеевым, здесь же был и его замок. Настоящему купцу без замка никак нельзя. Но в революцию хозяин отбыл на ПМЖ в Париж, замок был разбомблен и сгорел в огне Второй мировой, а парк так и шумит молодой листвой.
 |
 |
 |
| Сервис и цены ресторана Olde Hansa не испортят вам аппетита: в пересчете с крон мы отдали по 1000 рублей с лица | Не туалет, а храм омовения. Это — все тот же ресторан Olde Hansa | По улочкам Таллинна мы пробродили до рассвета. Это незабываемо! |
Главное пристанище для отдыхающих — Toila Spa Hotell. Паровые термы (шесть типов), 26 видов косметических процедур,ресторан, а по пятницам — еще и варьете. Рядом — кемпинг с летними домиками из доски-сороковки на четыре-пять человек, но не со всеми удобствами, а только с туалетом, раковиной, холодильником и плитой. Душевые и сауна — отдельно. Цена — по 600 крон (около 1300 рублей) за домик. Белье, как в поезде, за отдельные 30 крон (65 рублей). Можно приехать на автомобиле-даче и подключиться к электричеству и канализации. Проход к общему морю — через собственную калитку. Пляж — с редкой для Прибалтики галькой и живописными валунами. Это местечко давно облюбовали москвичи, и на лето все уже было зарезервировано.
Нам здесь понравилось, рекомендуем. Мы наконец-то почувствовали себя за границей!
Проехав 35 километров в глубь страны, можно заглянуть в православный Свято-Успенский Пюхтинский женский монастырь, построенный в 1891 году. В монастырских пределах похоронен эстляндский губернатор князь Сергей Владимирович Шаховской, много способствовавший основанию и строительству монастыря. По легенде, именно здесь на священном дубе был найден образ Успения Богородицы. Этот монастырь единственный относится к Московской епархии — в отличие от всех других, подведомственных Эстонской православной церкви. Летом здесь много паломников из Латвии и Петербурга.
Едем в Таллинн. Дорога хорошая, полноценная разметка, внятные указатели — вполне европейское шоссе, о чем, неустанно «шаркая ножкой», напоминают придорожные плакаты: «Дорога реконструирована при поддержке Европейского союза».
Мы проголодались, и придорожное кафе на 140-м километре шоссе Нарва—Таллинн с маленькой вывеской Baar пришлось кстати. Обед на четверых обошелся в 205 крон (около 480 рублей), разумеется, без спиртного. Кстати, о спиртном. В немаленьком баарном листе этого баара помимо собственно наименования и цены напитков есть и информация об их крепости. Соотношение «цена/крепость/объем» — вот оси координат, в которых продвинутый клиент достигает экстремума.
Таллинн
При въезде в эстонскую столицу — пробка, первая и последняя в Эстонии. А в городе движение организовано отлично: четкая работа светофоров, предупредительная оснащенность указателями. В отличие от периферии, автомобили российских марок здесь уже редкость.
Но не ездить надо по Таллинну, а ходить, ходить, ходить!
Недалеко от ратушной площади есть старинный дом XV века, а в нем — ресторан Olde Hansa. Обязательно зайдите — и окунитесь в средневековую атмосферу! Каменные стены, дубовая мебель, свечи. И непременно, даже если нет предпосылок, загляните в туалет: это шедевр! Хочется вымыть руки до, а не после, и не хватает экскурсовода. Свободный столик находим только на третьем этаже. Здесь подают приготовленные по старинным рецептам блюда и учат правильно пить фирменную настойку: держать рюмку надо мизинцем снизу и большим пальцем сверху, поджав три средних. Две-три такие манипуляции — и полная уверенность в незыблемости российско-эстонской дружбы.
Наш отель Go Shnelli — рядом с железнодорожным вокзалом, причем на завтрак мы приходим по коридору в само здание вокзала, дабы «напиться железнодорожной воды». За ночь — по 967 крон (2150 рублей с человека).
Утром на тротуары Таллинна выносят из кафе венские столики, и горожане, болтая друг с другом и ложечками в чашках, пьют утренний кофе. А мы проезжаем мимо: нам — в Хаапсалу.
Хаапсалу—Сааремаа—Пярну
Вновь идеальное покрытие, разметка, указатели и столбы с отражателями. Что еще надо, чтобы люди на машинах не калечили друг друга? Разрешенная скорость — 90 км/ч. Удобно, если автомобиль, как наш Passat, оснащен системой круиз-контроля: снял ногу с газа — и кати себе, благо все здесь едут примерно в одном темпе. Напоминает Финляндию: машин мало, сосен много. Только бы не заснуть...
 |
 |
 |
| Полчаса на пароме, затем чуть-чуть по дамбе… |
…и вы — на острове Сааремаа | Вид из окна нашего отеля «Георг Отс» |
В Хаапсалу есть музей паровозов и гольф-клуб. Но мы едем дальше, к паромной переправе на остров Муху. По пути перекусываем, заглянув в придорожный Kasari baar, где наконец решаемся отведать самое популярное местное блюдо — селедку со сметаной. Неожиданно вкусно. А еще — домашние котлеты, солянка, жареная картошка… На четверых — 230 крон (около 500 рублей).
Переправляемся на пароме — и катим по дамбе на остров Сааремаа, до городка Курессааре, где швартуем машины у спа-отеля «Георг Отс», построенного в 2004 году. Прекраснейшее место! А в номере особенно порадовал уютный халат: надеваешь, выходишь на балкон — и любуешься морем, с которого дует свежий прохладный бриз, заставляя вновь зайти в номер, поближе к мини-бару.
В спа-центре отеля — масса оздоровительных процедур. Массаж, например, стоит 400 крон (900 рублей). Есть и грязи — не чтобы испачкаться, а чтобы очиститься. Отличный водный комплекс: несколько бассейнов, один из которых открытый, водопады, подводный массаж, сауны, турецкие бани и полотенца без счета.
Плавать в прохладную погоду в открытом бассейне с подогревом, видеть море до горизонта и дышать морским воздухом — особое удовольствие.
Прекрасный ресторан с неплохим выбором вин (вечером) и один из лучших завтраков в нашей небедной впечатлениями жизни (утром). Йогурт с малиной, домашние варенья, манная каша с вишней, шоколадный пирог, потрясающе вкусные масло и хлеб, творог с огурцами и помидорами и, разумеется, селедка со сметаной, куда ж без нее в Эстонии!
Жизнь на эстонском хуторе представлялась нам тихой и скучной. Но на первом же хуторе одинокий работник поведал нам историю в духе Шекспира. Мол, хозяин (Отелло) уже неделю как в Германии, а хозяйка (Дездемона) три дня как дома не ночует.
Посетили туристическую ферму Юрна (Jurna tourist farm), что в шести километрах от Курессааре, в деревне Юпа. Здесь — конюшня. Говорят, в этих местах можно и поохотиться. Уютный домик вмещает под тростниковой кровлей пять двухместных комнат и две одноместные, а также сауну. Хозяин говорит по-русски.
Потом заехали в кемпинг АКИ, рядом с церковью Святой Екатерины на острове Муху. В справочнике сказано, что здесь тоже общаются по-русски, но пришлось изъясняться по-английски. «Высокий сезон» — с середины июня по август, и на это время лучше бронировать места заранее. Цены за домики, в зависимости от размера, — от 270 до 540 крон (600—1200 рублей) за ночь.
 |
 |
 |
| Достопримечательность Сааремаа — озеро в метеоритном кратере | Вы тоже можете поселиться в этом уютном домике на ферме Юрна | Кровли на крестьянских хуторах Сааремаа испокон веков делают из тростника |
Остров Сааремаа нам понравился. Здесь особенное, «островное» чувство: обособленность, первозданность.
В ожидании парома наш фотограф открывает ноутбук. И — пожалуйте: Wi-Fi, скоростная беспроводная связь! Нужно зайти в Интернет? Тут же, в паромной кассе, купите карточку с паролем. И так — повсеместно! А в отелях еще и бесплатно. Говорят, Эстония — самая «интернетная» страна Европы и, знакомясь с девушкой, принято спрашивать не телефон, а адрес электронной почты.
Паром доставляет нас на континент, затем еще 70 километров — и мы в Пярну, низкорослом, в один-два этажа, курортном городке. Небольшой пляж с дюнами из белого песка. Море мелкое и серое, как вода на асфальте.
 |
 |
| Море мелкое и серое, как вода на асфальте |
Отель «Тервис Паредис» напоминает вокзал: люди с багажом, кафе… Так и ждешь объявления о прибытии скорого на четвертый путь. Контингент — старички и старушки из Скандинавии. Зато в номере — два санузла, в одном из которых своя сауна. Постой обошелся в 1326 крон (2946 рублей) на человека.
Прошлись по городу. Скучно. Может, еще не сезон? Хотели было отметить добрым словом спокойствие и неагрессивность местной молодежи, да встретили возбужденную группу подростков, распивающих нечто горячительное, забравшись с ногами на скамейку. Один вдруг бросился на нас с кулаками, а двое миротворцев из той же группы принялись его оттаскивать. Драки не завязалось.
Латвия
Утром достигли границы с Латвией и быстро ее миновали. А за кордоном начались метаморфозы. Почему-то изменились фигуры сосен. В Эстонии они низенькие, кривенькие, сучковатые, а теперь — высокие, прямые, корабельные. А еще — ремонт на некоторых участках шоссе Via Baltica, «караванном» пути в Европу. Поочередное однополосное движение регулируется специально установленным светофором. Скорее всего, к вашему приезду все уже починят.
 |
 |
 |
| Старые дачные дома Юрмалы считаются памятниками архитектуры. Сносить их нельзя, а можно только реставрировать |
В те же дни в Риге проходил чемпионат мира по хоккею. Город наполнился цветом и звуком | За въезд в курортную Юрмалу нужно заплатить один лат — примерно 50 рублей |
На 15-километровом перегоне насчитали три приличных мотеля. Постройки, в отличие от сельской Эстонии, здесь больше каменные, со спутниковыми тарелками на крышах.
Слушая поочередно две появившиеся в эфире русскоговорящие радиостанции, мы прибыли в приморский поселок Туя. В этих местах, называемых Видземским побережьем, снимался фильм «Долгая дорога в дюнах».
На въезде в Тую, как петухи на жердочке, на скамейке сидят несколько небритых и усталых мужчин. В ответ на вопрос «Как проехать на мыс Кюрмрагс?» они попросили на пиво. А узнав, что латвийских денег у нас еще нет, попросили сигарет. На обратном пути мы застали «латышских стрелков» в том же месте и в тех же трагических позах.
 |
| Лиепая — крупный международный порт. Что вовсе не мешает любоваться отсюда закатом |
Сигулду называют «латвийской Швейцарией». В каждой приличной стране, а то и области, должна быть своя Швейцария... Живописная река Гауя, Турайдский замок, санная и горнолыжные трассы. Пейзажи один краше другого отвлекают от дороги. Где красота, там и туристы, а где туристы, там и торговля сувенирами. Тут и янтарь, и чеканка, и резьба по дереву, и рукодельное шитье. И кафе-столовая, где за 11 лат (550 рублей) на четверых мы недурно перекусили, отведав холодного свекольника на кефире и пирожков со шпеком.
Совет: лучшее время для посещения Сигулды — вторая половина мая, когда все утопает в цветущей черемухе.
Рига
Следующая остановка — Рига, столица Латвии. В Рижский залив впадает река Даугава, берущая начало на Тверской земле под именем Западная Двина (мы уже там побывали, помните?). На рейде, прямо напротив старого города, стоят военные корабли НАТО — они пришли разминировать акваторию Балтийского моря. Хоть какая-то польза.
 |
 |
 |
 |
| Рижские красавицы, как «Рижский бальзам», — бодрят | На улицах Риги много толстых, ленивых котов. Один из них забрался на эту башенку | Если не повезло на рыбалке, хорошую щучку можно взять на рижском рыбном рынке |
Парковка у стен Домского собора запрещена. Но полицейские сделали для нас исключение. Приятно |
Столичные дороги — средней разбитости, но на улицах чисто. В застройке присутствуют деревянные дома. Машины — всякие, изредка встречаются и наши.
Обязательно загляните на рижский рыбный рынок — очень самобытное место! В живом, замороженном, соленом и копченом видах дразнят нюх и глаз селедка, минога, салака, бельдюга, речной угорь, камбала, снетка, палтус, норвежский и балтийский лосось, масляная рыба, килька и самый национальный, копченый в специальном маринаде, карп. Мы вдоволь напробовались и с собой прихватили. Доброжелательная атмосфера, а продавцы и покупатели все говорят между собой по-русски.
Рижский Старый город, в отличие от старого Таллинна, не весь средневековый: есть и югендштайл, и современная архитектура. Но есть и свои легенды. Например, про флюгер-петушок на башне Святого Петра. Когда ветер дул с моря и парусные суда могли легко встать под разгрузку колониальных товаров, петушок поворачивался к жителям золотой стороной — мол, спешите за покупками. А когда ветер от берега — петушок оборачивался темной стороной: делать в порту нечего. Сегодня за два лата (100 рублей) можно подняться на лифте на смотровую площадку башни и самому покрутиться петушком, рассматривая Ригу с высоты птичьего полета.
Вы, конечно, спросите, а как же рижанки, пригожи ли собой, укладываются ли в нашу логическую цепочку? Рюмка знаменитого «Рижского бальзама», чашка превосходного кофе с видом на Домский собор — и мы даем категорически положительный ответ: еще как укладываются! Может, и оттого, что в их симпатичных телах немало русской крови.
Юрмала—Вентспилс—Лиепая
Юрмала — старый дачный поселок, наподобие московско-подмосковных Серебряного Бора или Николиной Горы. И цены на землю соответствующие — до 100 тысяч евро за сотку! Говорят, многое куплено русскими. Покупают, несмотря на серьезное ограничение: чуть ли не все дома считаются памятниками архитектуры, а потому, даже обладая правом собственности, сносить и перестраивать их нельзя, а можно только реставрировать. И это славно: деревянные домики самобытной дачной архитектуры начала XX века уютны и колоритны.
 |
 |
 |
| Краны в Клайпедском порту «горбатятся» день и ночь | Лебеди в заповеднике на Куршской косе — у себя дома. Здесь очень много птиц | Пляж в Паланге. Еще не сезон: плавают только лебеди |
Ухоженный просторный пляж протянулся на 25 километров. Прохладную свежесть морского бриза и аромат сосен хочется разливать по флаконам, чтобы заткнуть за пояс Шанель и Кензо.
Покрытое заплатками шоссе Юрмала—Талси поначалу идет вдоль берега моря. На его 35-м километре, на месте гибели культового рок-музыканта восьмидесятых Виктора Цоя, стоит памятник. Плитка на постаменте местами обвалилась, но цветы свежие. И его эпитафия самому себе: «Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать».
В плане поездки значилось посещение морского маяка. И вот наши автомобили пылят по грейдерной дороге к маяку Миккельбака. Но нас ждет разочарование: маяк, с 52-метровой высоты которого мы надеялись сделать панорамный снимок, закрыт для посещения. Раньше сюда водили экскурсии, но теперь Евросоюз наложил на все маяки свою лапу: они под замком, а ключи — в Брюсселе.
Место впечатляет грозным шумом моря. Ведь раньше мы шли то Финским, то Рижским заливами, а теперь — открытая Балтика.
По пути в Вентспилс, близ местечка Ирбене, есть объект, о котором знали немногие даже в руководстве компартии Латвийской ССР. Это построенный в семидесятые годы советский радиолокационный комплекс «Звездочка». Три спрятанных в соснах и дюнах гигантских радиотелескопа (самый большой — диаметром 32 метра) должны были следить за спутниками — своими и чужими. При распаде Союза объект был оставлен: неподвижные громадины космических радиотелескопов ржавеют под несоветским небом Прибалтики, а пустые пятиэтажки смотрят на редких прохожих глазницами разбитых окон. Напоминает Чернобыль. За один лат мы совершили экскурсию: шахты, казематы, бронированные кабели, внушающие страх рубильники и красные кнопки.
 |
 |
 |
| Место гибели Виктора Цоя. Плитка на памятнике уже обвалилась, но люди до сих пор приносят сюда цветы | Морской Никольский собор в Лиепае. В 1904 году здесь был отслужен молебен и русские корабли ушли в поход на Цусиму. В последний поход |
Бывший стратегический объект «Звездочка». Радиотелескоп диаметром 32 метра ржавеет в латвийских дюнах |
«Вента» — это название реки, а «пилс» означает крепость, город. Вентспилс — это портовый город на месте впадения Венты в Балтийское море. В порту под разгрузкой — танкеры и контейнеровозы, на улицах — аптеки, библиотеки, пинакотеки… А где, позвольте спросить, кино, вино, домино, казино? Город-то портовый! Нет, не видно: полный штиль.
Дороги в Вентспилсе вымощены плиткой, и оттого впечатление, что едешь по широкому тротуару. Не поскупились, зато — на века.
В харчевне мы отведали местные блюда. Острый кефир — с тмином. Вкусно. И хлеб с тмином (помните популярный в Москве «Рижский»?) — тоже вкусно. Еще суп в хлебном горшочке, горох со шпеком. И, конечно, селедочка — понятное дело, со сметанкой.
Другой крупный порт — это Лиепая. В советские времена здесь была военно-морская база, а теперь — десяток брошенных пятиэтажек.
По убитой и пыльной дороге едем мимо труб и бетонных заборов сквозь город. Останавливаемся в длинной очереди машин. Переезд? Так и оказалось, только переезд не железнодорожный, а морской: под разведенным мостом по каналу шел танкер.
Литва
Быстро преодолев в местечке Бутинге границу, оглядываемся. Позади Латвия, а впереди Литва с великолепной евросоюзовской трассой сквозь сосновый лес.
 |
 |
 |
| Юодкранте — типичный литовский городок, каких немало встречалось на нашем пути | То, о чем нужно помнить на дорогах Литвы | В Клайпеде немало таких красивых фахверковых домов |
По сравнению с латвийским морское побережье Литвы крошечное. Всего полчаса от границы — и мы в Паланге. Летом здесь можно ездить с выключенными фарами, но с 1 сентября по 1 апреля надо включать, в отличие от Латвии и Эстонии, где ближний свет обязателен круглый год.
В первом отеле спрашиваем карту города. Лаконичным жестом нас направляют к стене, на которой она висит. Столь радушный прием не отнял у нас много времени. Боясь расплескать зрительный образ плана города, садимся в автомобили и движемся к центру Паланги, осознавая по ходу дела, что припарковаться будет негде: там, где нет запрещающего знака, все забито. С грехом пополам (наполовину на пешеходном переходе) пристроили машины и направились в Музей янтаря.
Сам музей — бывшая усадьба графа Тышкевича (по-литовски — Тышкявичуса). По слухам, усадеб таких у графа было даже не тридевять, как в сказке, а все девяносто девять! Было бы и больше, но сто усадеб мог иметь только король. Дубы, пруды, мостики, водоплавающие пернатые, гуляющая и сидящая на газонах публика — просто идиллия. Хочется, наконец, чтобы кто-то нежно взял тебя под руку!
Но суровая рука товарища на плече возвращает к действительности. Маршевым шагом — на променад, к морю. А променад — весь в ярко-желтых фонарях и янтарных россыпях сувениров. Сплошь рестораны. Празднично, нарядно, тротуарная плитка повторяет цвета песка, а скамеечки — в виде морских волн. Впервые в Прибалтике мы оказались на настоящем морском курорте. Не в скучном Пярну, не в дачной Юрмале, а словно в Рио, на шумной Капакабане. Плакат у знаменитого морского моста напоминает, что этот праздник жизни построен на деньги… На чьи деньги? Правильно, на деньги Евросоюза.
Трасса Вильнюс—Клайпеда и в советские-то времена считалась образцово-показательной, а теперь — просто блеск! Ближе к центру Вильнюса влетаем в четырехзвездочный отель и, тряся североамериканскими купюрами, просим обменять их на литы. Но, услышав русскую речь, девушка на рецепции притворилась глухонемой.
— Вы не хотите ответить на наш вопрос?
Высокомерное молчание. А отель назывался «Клайпеда».
Но жизнь наладилась. В этом же отеле был найден банкомат, позолотивший ручку литовскими литами. А как только в кармане зашелестели наличные, мы тут же приступили к дегустации блюд литовской кухни в ресторане Forto Dvoras. Литовский холодный борщ и целая эскадрилья легендарных цеппелинов. Это крупногабаритные литовские вареники с толстым слоем теста, действительно похожие на дирижабли. Начинка на любой вкус — творог, картошка, бекон. Обед на троих — 74 лита (740 рублей).
Много аккуратных фахверковых домиков, старые булыжные мостовые, и везде — изумительная чистота. А вот и местный театр, с балкона которого в 1939 году фюрер объявил о присоединении Клайпеды к рейху, не поленившись приплыть сюда в сопровождении эскадры на крейсере Deutchland.
Нам же не терпелось оказаться на уникальной Куршской косе. Это похожая на рыбью кость полоска суши: длинная (91 км) и узкая, от 400 м до 4 км. Перебираемся туда на пароме и слушаем по радио литовский рэп. Слов не понять, но каждое второе заканчивается на «с»: «Трамс, драмс, парарамс, папамс». Забавно.
Ой, мама! А на косе догорает пожар. За неделю до нашего визита выгорело более 150 гектаров леса. Тушили до сих пор — и с моря, и с воздуха. Развернут штаб, пожарные машины, «скорая помощь», по обочине плетутся закопченные солдатики. Местные говорят об экологической катастрофе. Но проехали километров десять, запах гари ушел, и вновь накатило «островное» ощущение. Едешь по узенькой дороге, как по парку. Ограничение — 60 км/ч, а быстрее и не хочется. Остановиться бы — и наблюдать за скользящими по небу цаплями. Природу Куршской косы не хочется ни с чем сравнивать. Нет шкалы «лучше-хуже», есть своеобразие и уникальность. Советуем: уделите этому время, сэкономите деньги на психотерапевте.
Литовцы, отдадим им должное, относятся ко всему очень бережно. На выезде с парома — плакат с правилами: парковка только в специально отведенных местах, съезжать с дороги запрещено, разводить костры — тоже. А как обстоят дела с бомбометанием? Может, уже пора? Об этом — ни гу-гу.
Городки игрушечные, швейцарские. Причем чувствуется, что так здесь давно. В Ниде, «столице» Куршской косы, есть и яхт-клуб, и дискотека, и корты…
Калининград и его окрестности
Куршская коса поделена между Литвой и Россией примерно пополам, 47 и 44 км соответственно. От Ниды до границы с Россией рукой подать, всего 5 км. Благодаря уже отточенному мастерству прохождения погран-таможенных барьеров, а также полному отсутствию конкурентов и уплатив экологический сбор в 200 рублей (те же правила — и при въезде в заповедник со стороны Калининграда), шуршим шинами уже по российской дороге. Асфальт пока такой же, но столбики на обочинах пропали, а на самих обочинах появился мусор. На съездах в лес вместо ставших уже привычными запрещающих знаков — запертые на замки шлагбаумы. Может, так и лучше, чтобы не провоцировать нарушения.
 |
 |
 |
| Водонапорная башня грязелечебницы была построена в 1908 году. Это одна из достопримечательностей Светлогорска |
Обследованная первой турбаза «Дюна» произвела грустное впечатление: обшарпанные, советских времен домики с аутентичными вывесками.
Дороги в Калининградской области — старого, прусского образца, обсаженные с обеих сторон вековыми липами. А среди машин особенно много BMW, старых и новых, тех, что собирают в Калининграде.
Проехав ничем не вдохновивший нас Зеленоградск, попадаем в Светлогорск. Прежнее название этого городка — Раушен, что, как уверяет путеводитель по Калининградской области, в переводе со старопрусского означает «шум моря». Курортный городок приглянулся пляжным променадом и ладными домиками, словно раскиданными среди сосен. Тут же — шикарный замок региональной таможни. Не постеснялись.
В центре променада — новый пятизвездочный отель «Гранд Палас». Сам Путин приезжал на открытие.
Еще не сезон, но атмосфера уже вполне курортная.
Нам показалось, что лет эдак через пять у Светлогорска есть все шансы стать лучшим морским курортом Прибалтики. А чтобы ускорить процесс, неплохо бы чиновному сословию почаще устраивать здесь «встречи без галстуков» и прочие тусовки, а еще — учинить какой-нибудь попсовый фестиваль в пику той же Юрмале.
Ужиная в ресторане «Поляндия», заказываем селедку. Приносят. А почему без сметаны? Призываем официантку и требуем сметану (мы уже подсели на это прибалтийское блюдо). Но — незадача! Сметана вообще-то есть, но она для борща, а отдельно, по прейскуранту, ее нету. «Я вам ее пробью по хрену», — нашлась смекалистая официантка — и пробила-таки по хрену.
|
 |
 |
| Калининград, 9 Мая |
Праздничный парад в Калининграде. В ногу! И в какую ногу! |
Сначала показалось, что в калининградском анклаве наши соотечественники чувствуют себя не совсем нашими. Одной ногой в Европе, другой — в России… Но утром, когда мы въехали в Калининград, все было по-другому. Это было утро 9 мая, праздник Великой Победы. Бои под Кенигсбергом были ожесточенными, и к участникам и свидетелям тех боев отношение особое. Парад, речи, поздравления, растроганные ветераны, цветы у Вечного огня. На улицы вышел весь город.
Пробираемся сквозь праздничное гулянье — и направляемся в обратный путь. Через Польшу и Белоруссию — в Москву.
Путь домой
Под Багратионовском — контрольно-пропускной пункт российско-польской границы. Вы замечали, что на границе непроизвольно начинаешь волноваться, даже если все документы в порядке, а в багажнике нет ни грамма кокаина?
В очереди на таможенный контроль польские «челноки» с треском приматывают скотчем пачки сигарет под мышки, прямо «на глазах» видеокамер. Везут еще бензин и водку. Бензин — в канистрах и в баках, водку — в бутылках, а те, кто едет на автобусах, — и в организме. Уже никакие. За один рейс, по авторитетному мнению таможенников, польские «челноки» зарабатывают около 50 долларов. Тяжек труд польского коробейника.
Этот переход занял два с половиной часа. Примечательно, что с польской стороны очереди не было: наши, видать, уже не челночат. Но на переходе из Польши в Белоруссию у польского местечка Кузница, куда привела нас отличная дорога из Белостока, мы все же простояли полтора часа. А затем взяли курс на Гродно.
Белоруссию прошли быстро. Деньги не меняли: на заправке у нас с охотой взяли российские рубли, а еще 35 рублей сгодились на платном участке трассы. Дороги, кстати, в Белоруссии приличные, да и машин не много. А наш последний, седьмой по счету, переход занял ровно минуту: не спросили ни личных, ни автомобильных паспортов. Белорусско-российская граница прозрачна до незаметности.
Родина встретила проливным дождем, который, наряду с надвинувшейся темнотой, существенно снизил скорость передвижения. Мы не рисковали — и пристроились за большим автобусом: он хорошо виден (габаритные огни горят и снизу, и сверху) и держит постоянную скорость, около 100 км/ч. Автобус дышал на нас дизельным перегаром, а мы как молитву повторяли бессмертные слова Грибоедова: «Когда постранствуешь, воротишься домой, и дым Отечества нам сладок и приятен»!
Постранствовали, поколесили. А в «сухом остатке» — шесть стран за 11 дней, семь границ, 4600 километров, 3500 потраченных на четверых долларов, эта статья — и ни намека на ощущение, что время было потрачено бездарно.
Наши лошадиные силы
Оба наших автомобиля, Volkswagen Passat и Ford Mondeo, — седаны-одноклассники, причем оба — с турбодизелями и шестиступенчатыми коробками передач. На Пассате был двухлитровый мотор (140 л.с.), а на Mondeo — объемом 2,2 литра (152 л.с.), и наши впечатления о разгонной динамике каждой машины соответствуют этой разнице: Ford чуть резвее. Но и о темпераменте Фольксвагена не скажем дурного слова. Легкое перемещение педали газа — и обе машины летят вперед, как Багира из мультфильма «Маугли». Даже обгон длиннющих автопоездов в радость. Главное — вовремя, не дожидаясь, пока стрелка тахометра дойдет до 4000 об/мин, перейти на следующую передачу. Но, на наш неэкспертный взгляд, шести передач многовато — не то чтобы устаешь от частых переключений, но манипуляции с «ручкой» требуют слишком много внимания. Позже, приноровившись, мы стали с третьей сразу переходить на шестую. В большинстве случаев — никакого динамического дискомфорта.
Любопытно, что Passat, несмотря на меньший рабочий объем мотора, оказался чуть прожорливее — скорее всего, из-за того что машина немного тяжелее. Например, при скорости 100 км/ч бортовой компьютер Пассата декларировал расход 6,2 л/100 км, а фордовский — 5,5. Зато у Пассата 70-литровый топливный бак, на 12 литров больше, чем у Форда. Поэтому Passat стал рекордсменом по запасу хода на полном баке — 1150 км.
Оставим оценку плавности хода и управляемости экспертам Авторевю, но отметим, что каждому из нас было в равной степени приятно сидеть за рулем обеих машин.
А в ипостаси пассажиров мы отметили, что у Пассата более стильный салон и вообще он производит впечатление более солидного автомобиля. И сзади места больше. Понравился электронный «ручник». И хотя «по жизни» мы редко им пользуемся, в этой поездке нажимали кнопку при каждой парковке: удобно! А вот электронный ключ — удовольствие сомнительное, обычный как-то привычнее.
На Форде раздражала «слепая» индикация: солнечным днем ничего не разобрать! Какая радиостанция, который час, включена ли рециркуляция? Оставалось только догадываться. Пару раз вдруг выяснялось, что чуть ли не весь световой день мы проехали с дальним светом. Еще в Форде мало ниш, куда можно положить телефон, диктофон — в общем, то, что должно быть под рукой. А порадовало лобовое стекло с подогревом, моментально спасающим от запотевания.
Однажды в Лиепае Passat вдруг отказался заводиться, чем вызвал немалый испуг. С пятого раза он вдруг завелся и в дальнейшем вел себя прилично, но настороженность осталась. Может, где-то заправились «грязным» дизтопливом? Из-за неинформативного сцепления и недостатка крутящего момента на самых малых оборотах каждый из нас несколько раз непроизвольно глушил двигатель на первой передаче. А после 120 км/ч появлялся неприятный аэродинамический свист — такое впечатление, что от зеркал.
По хорошей, гладкой дороге на Форде было ехать приятнее: здесь явно лучше реактивное действие на руле в «околонулевой» зоне, а вот Passat с его пустоватым рулем все время приходилось «подлавливать». Зато на тех же дорогах мы регулярно пользовались круиз-контролем Пассата (на Mondeo такой системы не было).
Сиденья обеих машин нам показались вполне удобными, и за 4600 км люмбаго никто не заработал. Но после городской езды с частым переключением передач в ногах еще долго чувствуется вибрация от дизеля.
В целом обе машины нам понравились. И цены в $34319 за наш Passat и $29778 (с учетом летней скидки в $3000) за Mondeo мы сочли вполне адекватными. Отдельное спасибо дизельным моторам — за экономичность и уверенность, которую чувствуешь при обгонах, коих мы совершили немало. Надпись «Не уверен — не обгоняй» на борту впереди идущего грузовика — не для нас. Мы были уверены всегда.
Визы и сюрпризы
Цена однократной туристической визы в Эстонию, Латвию, Литву составляет соответственно 30, 40 и 45 евро. Стандартный срок оформления — неделя. Стоимость ОСАГО на все три страны — 65 евро.
В посольстве Литвы почему-то не выдают туристических виз на двукратное посещение.И если ваш автомобильный маршрут, как и наш, проложен из Литвы в Калининградскую область, то обратно на «основную» территорию России вы кратчайшим путем через Литву уже не попадете. Из создавшейся ситуации есть четыре выхода. Первый — загодя справить многократную бизнес-визу и возвращаться-таки через Литву. Второй — для проезда через Литву получить в Калининграде транзитную визу. Однако для приема документов на оформление таких виз литовское консульство выделило один час в рабочий день, с 15.00 до 16.00. Можно воспользоваться ежедневным грузовым паромом Калининград—Санкт-Петербург. Время в пути 42 часа, а цена — 2065 рублей за автомобиль и каюту с удобствами. И, наконец, можно поступить так, как это сделали мы: получить еще польскую туристическую визу и вернуться домой через Польшу и Белоруссию.
Одному из нас было отказано в получении литовской визы, причем без объяснения причин. Чтобы воссоединиться с родным экипажем и продолжить маршрут, бедолаге пришлось облетать «гостеприимную» Литву на самолетах. Сначала по маршруту Рига—Москва за 5500 рублей, а затем — Москва—Калининград за 2000 руб. Так и хочется написать что-нибудь нелицеприятное по поводу дружелюбия литовской дипмиссии, но воздержимся.
Другой наш горемыка был снят с пробега на границе Калининградской области и Польши. У него была многократная шенгенская виза, причем на официальном сайте польского консульства он прочел, что в этом случае можно следовать через Польшу транзитом. На деле оказалось, что в страны Шенгенского соглашения, например в Германию, да — можно. А вот для проезда в Белоруссию уже надобна польская транзитная виза. Пришлось за 3400 рублей возвращаться из Калининграда в Москву на самолете.
Мораль: к автопутешествию, требующему нескольких виз, лучше готовиться заблаговременно и каждый раз, отдавая документы в консульские службы, задавать точные вопросы и требовать столь же точных ответов.
