Письмо счастья
Дмитрий ЛАРЧЕНКО | Иллюстрации Авторевю, компаний «Ольвия» и «Симикон»
Правозащитники негодуют: мол, Федеральный закон №210 от 24 июля 2007 отменяет презумпцию невиновности. Это тот самый закон, согласно которому прошлым летом повысились штрафы и увеличились сроки лишения прав, с 1 января этого года на 15 суток стали сажать за езду без водительского удостоверения и теперь с 1 июля начинают привлекать к ответственности по фотографии. Сделанный в момент нарушения снимок отпечатают на бланке постановления и вместе со штрафной квитанцией пришлют по адресу регистрации автовладельца. Собственно, из-за этого весь сыр-бор. Если в момент нарушения за рулем был кто-то другой, то бремя доказательства невиновности ляжет именно на владельца: он должен убедить в этом ГИБДД, а если не получится, то идти в суд. Или, не дожидаясь судебных приставов, в течение месяца оплатить квитанцию.
Пара тысяч рублей, пусть и «за того парня», — не самая большая беда. Дело может обернуться совсем другими неприятностями. Допустим, за рулем был именно владелец. Рядом — хорошенькая блондинка. Но конверт с «письмом счастья», как уже окрестили такие послания гаишники, попал в руки жене-брюнетке. На распечатке отлично видно, кто сидит за рулем, кто рядом, указаны дата, время и место нарушения… Самое время спокойно потолковать с женой о презумпции невиновности!
Впрочем, хватает и других проблем.
«Идеальная» схема работы системы видеофиксации нарушений показана на картинках. Обратите внимание, что практически на всех этапах исключен «человеческий фактор», и в этом якобы одно из главных достоинств системы. Все, что дозволено инспектору, — удостовериться, не ошиблась ли электроника, распознавая номер автомобиля нарушителя. Но выбирать, кого и как наказывать и наказывать ли вообще, инспектор не вправе. Но это — идеальная схема. А реальная?
В рамках федеральной целевой программы «Повышение безопасности дорожного движения в 2006—2012 годах» у двух компаний из Санкт-Петербурга начали закупать оборудование. Это комплексы Арена и Крис. Принципиально Арена и Крис похожи. Главный элемент — фоторадарный датчик, объединяющий в одном корпусе радар, цифровую камеру, инфракрасный прожектор, компьютер и блок передачи данных.
Датчики могут размещаться двумя способами. Первый — стационарный, когда на ферму над дорогой вешаются сразу несколько приборов, по одному на полосу движения. Это так называемый рубеж контроля, который способен «фотографировать» буквально каждый проезжающий под фермой автомобиль. Второй способ установки датчика — на обочине: либо в специальном «антивандальном» боксе, либо на треноге. Даже в этом случае камера может охватить всю проезжую часть, но если поток будет плотным, то в кадр попадут лишь машины из правых рядов.
Радар измеряет скорость, и если она превышает установленный рубеж, делается снимок, а специальная программа распознает номерной знак.
Со стационарного фоторегистратора данные поступают на сервер поста ДПС по оптоволоконному кабелю, а передвижной прибор либо сохраняет зашифрованную информацию на флеш-карте, либо передает ее на «приемник» по радиоканалу (используется стандарт IEEE 802.11, то есть Wi-Fi). Дальность такой связи обычно не превышает двух километров, поэтому где-то рядом должен быть патруль ДПС с ноутбуком и специальной антенной.
В принципе подобным образом можно фиксировать целый ряд нарушений ПДД, но на первых порах дело ограничится скоростью. А чтобы владельцы автомобилей не поднимали большой шумихи и не заваливали ГИБДД жалобами, штрафы будут дружескими, по минимальной ставке: за превышение допустимого предела на 40—60 км/ч — 1000 рублей, а на 60 км/ч и более — две тысячи. Лишать водительских удостоверений автоматика не будет, а на «мелких» нарушителей (превышение в пределах 40 км/ч) система и вовсе закроет электронный глаз.
Допустим, нарушение зафиксировано и номерной знак распознан. Теперь нужно выявить владельца автомобиля, распечатать постановление и квитанцию, отправить по месту прописки «письмо счастья», затем удостовериться, что штраф оплачен, а если не оплачен, то подключить службу судебных приставов. И все это должно происходить автоматически — без участия человека!
Но так не получается: у ГИБДД нет необходимого информационного обеспечения. Конечно, кое-что есть. Например, база владельцев транспортных средств, общероссийская база данных по розыску автомобилей, множество региональных баз административных правонарушений, прохождения техосмотра... Но единой базы данных, пригодной для оперативного использования, — того, что называется федеральной информационной системой (ФИС), пока нет. Процедура электронного документооборота не увязана ни с почтой, ни с банками, ни с Федеральной службой судебных приставов... Работоспособной ФИС станет в лучшем случае через год, а пока ГИБДД лишь формулирует к ней технические требования и выбирает разработчика.
А как же закупленные в Питере 17 стационарных комплексов автоматического контроля и около 350 передвижных устройств? Будут простаивать в ожидании ФИС? Конечно, нет. Они будут исправно фотографировать нарушителей. А затем…
Вариант первый: по имеющейся базе данных инспектор все же узнает адрес владельца и отправит ему «письмо счастья». Второй: получив снимок, инспектор возьмет жезл, остановит нарушителя, предъявит ему фотографию… Что и как бывает дальше, мы с вами знаем — «штраф на месте». То есть функции дорогущей системы могут свестись к обычному «спидгану», но с радиоуправлением.
Впрочем, высокие чины ГАИ уверяют, что второй вариант исключен — мол, комплексы автоматической фотофиксации все ходы записывают, причем удалить сведения из системы инспектор не сможет. Если есть фотография, то будет и законное наказание.
И как теперь такому инспектору жить, чем кормить семью, на какие шиши достраивать дачу?
Вся хитрость в том, что патрулям ДПС никто не запрещал сидеть в засаде рядом с фоторегистратором и выписывать «обычные» протоколы. Если «подшить» номера этих протоколов к фотографиям нарушителей, то сработает защита от «двойного наказания» — и «письмо счастья» отправляться не будет. Теперь вспомним про «вилку» наказаний за превышение допустимой скорости на 60 км/ч и более: от штрафа в 2000 рублей до лишения прав на шесть месяцев. Поэтому нарушителю могут предложить выбор: хочешь — оформляем протокол «на лишение» и передаем его в суд, а хочешь — пришлем по почте «компьютерный» штраф, всего-то на две тысячи. Осталось договориться о цене права на выбор.
Впрочем, все это разговоры о будущем. Поскольку, несмотря на бравые рапорты об успешном освоении миллионов, выделенных в рамках целевой программы, большинство комплексов фотофиксации работать в автоматическом режиме пока не может. Например, выяснилось, что форма постановления — того самого «письма счастья» — была утверждена лишь во второй половине июня. А программы, созданные поставщиками оборудования, не могут сами определять собственника на основе «расшифрованного» госномера, а значит и выписывать такой документ. Чтобы доработать софт, разработчикам нужно получить доступ хотя бы к базе данных зарегистрированных транспортных средств. Но ГИБДД, заботясь о праве граждан на тайну частной информации, такого доступа не дает. Покупать же компакт-диски с базами данных на блошиных рынках или на перекрестках программистам не к лицу. Вдруг устаревшие?
Получается, что перед тем как напечатать «письмо счастья», допущенный к базе данных сотрудник ГИБДД должен сам определить владельца и методом «копи-пейста» (скопировать-вставить) внести его имя и адрес в шаблон постановления. Это, конечно, быстрее, чем заполнять протокол от руки, и все же идея полной «автоматизации производства» сводится на нет. Придется в массовом порядке обучать сотрудников ДПС работать с техникой, создавать новые рабочие места… Причем до сих пор непонятно, какими правами наделят человека, который проверяет данные фоторегистраторов. А кто и как будет контролировать этого сотрудника?
Хромает и правовая база, и дело не только в презумпции невиновности. С ней как раз все понятно — в соответствующей статье КоАП сделано исключение для владельцев транспортных средств. Ведь автомобиль — средство повышенной опасности, почти как охотничье ружье. Купил — и теперь отвечаешь за все, что с ним происходит. А что делать, если собственник автомобиля — юридическое лицо? Ведь нигде в российском законодательстве не сказано, как привлекать организацию за нарушение скоростного режима. Как такое могло случиться? Может, хотели оставить щелку для машин с номерами-вездеходами, но не рассчитали — и вышла огромная правовая дыра?
Система сырая. А иначе и быть не могло. Любой четко работающий механизм для российской действительности — инородное тело: срабатывает биологический механизм отторжения.
И все же заглядывайте почаще в почтовый ящик, даже несмотря на то, что в эпоху интернета нам стали так редко приходить письма: вдруг там «письмо счастья»? Только распечатывайте его сами.
Цели и средства
Федеральная целевая программа (ФЦП) по повышению безопасности дорожного движения начала работать в 2006 году. Главная цель — в 2012 году снизить число погибших в ДТП в полтора раза, а число аварий — на 10 процентов по сравнению с 2004 годом, когда произошло около 208 тысяч ДТП, унесших жизни почти 35 тысяч человек. Достичь этих показателей нужно, несмотря на рост парка автомобилей.
Считается, что наиболее эффективный способ — ужесточение наказаний и строгий контроль за водителями, и в пример чаще всего приводится Франция. Там штрафы за превышение допустимой скорости серьезно увеличились в 1999 году: нарушителям теперь приходится платить от 45 до 3750 евро. Затем в 2002 году была внедрена система автоматического контроля, на которую государство потратило около 134 миллионов евро. К 2006 году система полностью себя окупила за счет штрафов и теперь приносит бюджету около 140 миллионов евро в год.
В России на комплексы видеофиксации из средств ФЦП потратят более четырех миллиардов рублей, то есть около 110 миллионов евро. Еще три с половиной миллиарда рублей уйдет на закупку портативных видеорегистраторов для патрульных автомобилей. А в целом бюджет ФЦП составляет почти 53 миллиарда рублей (без малого полтора миллиарда евро).







































